Ой-ё! Да нинасколько не объективны!

(О доверии к реконструкциям чуть позже.)

Чтобы составить объективную картину в процентах, нужно собрать за круглым столом всех (до кого удастся дотянуться) участников некоего события, в общих чертах о(бо)значенного. Ну и из зала им кричать: давай подробности!

По крупиночкам собрав всё равно оценённое, друг другом подправленное и уточнённое, ко всеобщему согласию приведшее, мы и получим искомый процент. Чем короче и ярче было это на всех присутствующих повлиявшее объединяющее событие, тем выше будет процент объективности вспоминаемого и, можно сказать, подетально реконструируемого эпизода.

Случись я, не подверженная влияниям, за таким круглым столом, честно признаюсь: вот этого не было как класса, а вот это и это начисто стёрто, то есть для меня - подчеркну я, вслух, - не было. Да, автобиографические воспоминания избирательны, и гибки, и пластичны, но если стёрто, то не спроста ж: кто-то помолился за меня, отобрал, как игрушку, суёмую в рот, у младенчика: оставь за порогом.

При этом - при этих подсчётах - мы не должны забывать, что есть легко внушаемые люди, которые не скажут "нет" против девяти (к примеру) "да". И дело не в их нежелании спорить, а в том, что они уже поверили девятерым. Они приняли чужие воспоминания, вжились и вписались в сценарий, в мизансцены; они искренне видят свою роль и место в предложенной реконструкции.

А индивидуальные, личные воспоминания - неподсудны! Они 100-процентно объективны. Доверяйте каждой фибринкой - это же ваше воспоминание! (Ломающее или ласкающее - не суть!) Которое спустя время фиксируется, становится незыблемым, и в вашей воле подзывать его или отгонять. Но истинность его непроверябельна, это - правда конкретного, отдельно взятого человека.

Вот что Аксёнова заклевали за "неправильные" воспоминания о реальных событиях и людях (в "Таинственной страсти", в двух томах), вот не мог Влад Вертикалов резвиться в Коктеблях, одновременно - что подтверждается документально - играя в далёкой Сайберии отрицательную роль в "Хозяине тайги",

и к Цветаевой те же претензии: Мандельштам заехал (проездом) в июне 1916 г. в Александров на пару часов, Марина же создала целую поэму в прозе ("История одного посвящения"), где визит длится и длится, подробности с прямой речью вкупе всё нагнетаются и нагнетаются,

вердикт: оба - вруны нищасные, невемо чего наплели-то,

а мудрые потомки и говорят: не цепляйтесь к деталям, это - правда поэта, неподсудно!

Ни один честнейший, пунктуальнейший, скрупулёзнейший мемуарщик и/или биограф не сумел создать таких разом охватываемых, всеми (современниками человека-события) с полуслова опознаваемых, точных психологических портретов.

А в основе-то "правды поэта" лежат воспоминания!

Воспоминание-ощущение 100-процентно точнее воспоминания-факта.

Факт лжёт - о миге (минувшем), ощущение - воскрешает его.

Постскриптум.

Я поняла, что именно недоговорила или недопроговорила. А была уверена, что финальная точка капнута.

"Коллективные" воспоминания могут как помочь воссозданию достоверно произошедшего события, так и - с такой же (с таким же процентом, если угодно) степенью вероятности - создать иллюзорную достоверность: влияние друг на друга "вспоминателей".

Во Второй мировой войне победитель кто?

СССР? Страны антигитлеровской коалиции? США и Великобритания?

И каждая сторона со своей правдой, своим "воспоминанием" и его интерпретацией.

А "правда поэта", иначе - вымысел плюс домысел (заметим: на основе фактов), охватывает всё событие, со всей его физикой и лирикой, как коконом, как двумя сомкнутыми полусферами, предъявляет нам цельное-целое,

а не разноголосицу девического хора.

Память - очень сложное философское понятие, она такая разнообразная, что очень трудно привести её в какие-то одни рамки. Если память рассматривать только как воспоминания прошлого, то тут немного легче определить насколько она достоверна.

Ещё легче понять насколько верны наши воспоминания, если человек вел дневник и описывал происходящие события так сказать по горячим следам.

По моим ощущениям (потому что дневники я вела от случая к случаю, описывая только некоторые события) память она и наполовину не помнит то, что было давно, хотя и более близкие воспоминания с возрастом тоже запоминаются не надолго.

Поэтому не понятно, как проверить правильность воспоминаний, ведь даже участники одного и того же события вспоминают его по-разному, потому, что у каждого человека своё, только ему присущее восприятие.

Даже если есть свои же собственноручно записанные свидетельства - то со временем меняются взгляды на это событие, хотя, например, последовательности событий по дневникам можно доверять на 90% (10% - скидка опять же на личностное восприятие человека), но это всё равно взгляд на событие конкретного человека, другой человек может помнить это же событие по-другому.

Бывает, что событие напрочь исчезает из памяти, не понятно по каким причинам.

Поэтому я бы оценила достоверность своей памяти - не более 40%.