Это два разных литературных произведения, но по-русски они являются одноимёнными! В этом-то и состоял подвох.

Без артикля — Ральф Эллисон, 1952 год.

С определённым артиклем — Герберт Уэллс, 1897 год.

Спросите, откуда я узнал данный факт? Я достаточно долгое время был активным участником сайте Sporcle. Там я и узнал такую ошеломительную для меня новость. К большому сожалению, я не припомню, в каком именно тесте (от слова "тест") я обнаружил подобный комментарий. Но это не столь важно.

Если честно, то я не читал Эллисона... Википедия пишет, что это что-то о тяжёлой жизни афроамериканцев начала XX века. Значит, это тема расовой дискриминации, в какой-то мере сохранившаяся и по сей день (убийство Джорджа Флойда Дереком Шовином и пр. подобные происшествия).

Зато Герберта Уэллса я очень даже читал. Я безумно благодарен уважаемой Долоре за то, что она мне угодила, упомянув именно того «Человека-невидимку» из двух одноимённых романов, который я читал!

Это трагическая история. Я сам стопроцентный бунтарь, в этом сомнений не может быть никаких. Когда я в отрочестве читал эту книгу, я всем сердцем и всей душой был на стороне Гриффина. Когда его убивали, у меня сердце кровью обливалось. А потом, во взрослом возрасте, я задумался. Интересно, а нельзя ли как-нибудь провести параллель с „Собачьим сердцем?“ Отличие здесь в том, что Шарикову потребовался гений науки, истинный светоч, если так можно выразиться. Гриффин же был самоучкой и весь опыт по своему превращению в супермена провёл самостоятельно. В первом случае, у Булгакова, дело дошло до того, что Шариков поднял на Преображенского револьвер. Во втором куда как хуже, это даже не просто предательство, это мания величия или всевластия: невидимка вообразил себя царём всего мира, а своего наставника и друга Кемпа пообещал казнить при первой же возможности...

Очень больно и обидно. Неужели гениальность всегда приводит к таким жутким психозам? Почему нельзя свои знания направить в русло добра и благородства?

Возвращаемся к делу. Выходит, что каждый англоязычный автор, по всей видимости, волен сам выбирать: ставить ему артикль в названии своей книги или нет!

По-русски, если рассматривать русские произведения литературы, мы иногда сталкиваемся с тем, что у разных авторов могут быть одноимённые произведения. Например, „Кавказский пленник“ — это может быть или Пушкин, или Лермонтов, или Л. Н. Толстой. Экстраординарности в этом я не вижу: заголовок — штука короткая, он может совпадать в некоторых ситуациях. Но по-английски артикль, получается, иногда поможет различить произведения разных писателей!

И надо бы добавить, может ли английский заголовок начинаться с неопределённого артикля. Ну что же, и такое тоже иногда бывает. Классический пример — это "A tale of two cities". «Повесть о двух городах» Чарльза Диккенса (1859 год), один из самых популярных в мире романов за всю историю человечества. Ещё могу упомянуть "A message to Garcia" („Послание к Гарсии“) Элберта Хаббарда (1899 год).

Артикли в английском языке - это и правда почти мифические "существа". Правил много, а понятного мало.

Более того, могу сказать из личного опыта, что когда-то давно изучая язык и общаясь с носителем, я задавала вопросы по артиклям, потому что мне надо было сделать упражнения на артикли. Знаете, какой самый популярный был ответ? "God only knows why" (Только Богу известно, почему).

Это к вопросу "почему".

Однако определенный артикль часто фигурирует в названиях книг англоязычных авторов. Например, "Человек-невидимка" Уэлсса по-английски звучит "The Invisible Man",

Вывод напрашивается сам собой: постановка артикля в названии литературного произведения - чисто авторская вещь.