Я не думаю, что длительность никого не раздражающей паузы в диалоге измеряема с секундомером в руках.

И многое зависит от темпераментов (не обязательно совпадающих, но - гармонирующих, коррелирующих друг с другом) и привычной скорости речи обоих участников разговора.

Но моё индивидуальное терпение при умолкании собеседника исчерпывается пятью секундами - начинает возмущаться и ёрзать моя Центральная Нервная Система. (И сколько раз со своим нетерпеливым пятисекундием я попадала впросак, о.)

Нет, если я вижу, что вдруг замолкший повествователь интенсивно хлопочет лицом, закусывает то верхнюю, то нижнюю губу, ищет незримые трещинки то на потолке, то на паркете, то стан совьёт, то разовьёт и ломает, вопреки завету Александра Вертинского, свои тонкие руки иль быстрой ножкой ножку бьёт,

до меня дойдёт (зуб даю - не пройдёт и полгода!), что я явилась случайной свидетельницей сложнейшего и мучительнейшего мыслительного процесса, поиска головоломного когнитивного подхода к трудновытанцовывающейся форме метатекста интертекстуального дискурса

(дорогая, а ты сама-то поняла, что сказала? - ну, не совсем, это ж на дискурсе, о);

возможно - идеально точного (высчитанного, вымеренного, выверенного) - подбора лексических единиц для последующего формирования экслюзивной архитектуры высказывания, чтобы месседж, упаси боже, не был недопонят или искажён, как злосчастная колоколенка в Пизе, тосканском городочке, недомерком фундаментом и ослабленным грунтом, всё -

я поняла, что мой нечаянный мучитель уже не простит себе не доведённого до конца умысла, и буду к нему щедра, мысленно пробормотав "где наша не пропадала":

я развлеку себя наблюдением нюансов мимики и жестов, подсчётом ярусов и колонок-опор на Падающей вот-вот башне и, главное, задамся вопросом, почему Гугл, обещавший, поклявшийся ничего не терять, так упорно тычет меня фейсом в Русского Пьеро, причём в явную его неудачу, в постыдный его промах, стихохалтуру,

когда есть чудненькое "а ты забудь про меня, ты забудь про меня, не ломай свои тонкие руки...", ну да, трёхаккордовое, зато необнаружимое, - его и пропою всю паузу: стоически.

После такого своего страдальческого страдания я только в единственном случае пойду на следующий контакт: палач должен-обязан разродиться - выдать на-гора - Песнь, от которой захлебнусь восторгом

или не захлебнусь, потому что будет мешать не всегда впопадный видеоряд... потому что голос твой, мучительный и зыбкий, чуть растрескался от лет минувших череды.

Ну и вот, пока разглагольствовала, вспомнилось само - подсказкой из астрала: не "не ломай свои тонкие руки", а не заламывай (их же), и Гуглик мой тут же вздребезнулся, сопритюкнулся да и присяпал с находкой в зубах: на!

Представлю идеального слушателя:

Два слова о мхатовской паузе.

Если пауза соответствует определению, то может быть бесконечно длительной (Михаил Ульянов с экрана ТВ когда-то показывал нам её, блестяще), а по гамбургскому счёту - любой длительности;

потому что эта пауза обрывается за долю мгновенья до того, как слушающий или зритель в зале, внимающий зрелищу, перестанет понимать её наполненность -

взглядом ли, стряхиванием ли несуществующей пылинки с плеча, мизансценой ли,

продолжающими подпитывать искреннее, неподдельное внимание, что требует от актёра отличного "чувства зала", а от взявшего слово в диалоге - "чувства собеседника".